История ветерана Великой Отечественной войны, наводчика 732-го зенитно-артиллерийского полка 50-й армии Брянского фронта Алексея Никифоровича Ермакова.
«Родился я в деревне Ивково Тверской губернии. Отец работал лесником, погиб в сороковом году трагически, на покосе. Мать воспитывала троих детей. Окончил начальную школу в сорок первом году, началась война. Мне было 14 лет. В нашей деревне был наблюдательный пост, поскольку она находилась в прифронтовой полосе Брянского фронта. Также в деревне стояли три дальнобойные гаубицы. Эти гаубицы наносили удары по врагу, который был под Ржевом, не давали ему окружить Калининский фронт».
Но танкистом ветерану стать было не суждено. Несколько раз его семья просилась домой, в Тверь. Запрос подавался трижды, но территория еще не была освобождена. И вот в день, когда пришла повестка из военкомата, пришел и документ о том, что можно ехать на Родину. Алексей вместе с матерью поехал в военкомат, чтобы узнать, что делать дальше. После совещания сотрудники военкомата сказали ему ехать и везти семью на Родину.
Алексей рассказывает, что фронт стал приближаться к их деревне
«Фронт приближался. Нас эвакуировали, привезли в Челябинскую область, там по назначению — в сельскую местность. В сельской местности нас распределили по домам. Приходит председатель и говорит матери: “Мать, у меня трактористов забрали на фронт, а мне весной пахать и сеять надо. Я твоего сына посылаю учиться на тракториста”. Он мне возраст приписал
Так Алексей Никифорович стал зенитчиком.
«Призвали в зенитно-артиллерийский полк наводчиком 85мм пушки для уничтожения вражеских самолетов из закрытых огневых позиций. Наша пушка была секретная. Почему? Она была новая, пушка выпущена, и новый снаряд. У нас у пушки было два снаряда: один — по танкам, другой — по воздушным целям». Алексей рассказывал, что у пушки был наводчиком и наблюдателем, а когда их призвали в армию, они жили в землянках и целую неделю никуда не выходили, только в туалет и в столовую.
Плакали от радости
Боевой путь артиллериста начался в Туле, а закончился в Польше.
«Начал я войну под Тулой. Освободили Тулу, фронт шел вперед, освобождали Минск, Брест, Варшаву. Победу я встретил в городе Лодзь. Мы почувствовали радость, от радости даже плакали, стреляли из автоматов и кричали. Но сразу после войны мне пришлось целый год освобождать гражданское население от бандеровцев и власовцев, которые грабили и убивали мирных жителей».
Затем Алексей ещё несколько лет защищал Москву.
«После Польши я был направлен в Москву, в полк связи воздушного наблюдения, для охраны города, поскольку мы уже были хорошо знакомы с этой службой".
«Нам принесли плакаты: “Вот изучайте самолеты, технику, все такое”. Мы говорим: “А зачем нам это все нужно-то?” “Вы, — говорят, — будете у пушки дежурить круглосуточно. Вы должны знать, какой самолет летит. Какое вооружение на самолете, какой экипаж, на какой высоте летит самолет. Вы должны знать, как свои пять пальцев. Раньше высота полета самолетов была 4 километра. За эти секретные данные расписывались "обязуюсь все держать в тайне”».