Ярославский ветеринар о своей работе: «Одного из клиентов обезьяна ревновала к жене»
«Про Город» пообщался с Яной Андреевной Коломенской, ветеринарным врачом ярославской ветклиники «Добрый доктор». Девушка рассказала о стереотипах в своей профессии, о самых необычных пациентах и о том, как она «слышит» животных.
Девушка призналась, что изначально хотела стать обычным «человеческим» доктором. Когда ей было около 10 лет, у её бабушки был тяжело больной пёс, который буквально «гнил заживо», и это произвело на неё настолько сильное впечатление, что, по её словам, именно тогда внутри окончательно сформировалось желание связать жизнь с помощью животным.
«Я готовилась поступать на врача, но потом в какой‑то момент подумала, что с людьми работать не очень хочу, хочу с животными. Но это была очень большая ошибка, потому что здесь приходится работать и с людьми, и с животными. Не поймёшь, с кем ещё тяжелее. Любовь к животным, безусловно, повлияла, но, если честно, интерес к самой профессии велик — к медицине, к процессам, к пониманию, как всё устроено и как можно помочь», — говорит Яна.
Сама врач — с левого берега Тутаева. Училась в Великосельском аграрном колледже, сейчас продолжает образование в Петербурге.
«Как таковых узких специализаций после выпуска нет — чтобы прямо пойти на онколога или кардиолога. Все выходят терапевтами, врачами общей практики — и всё. Специализацию потом выбираешь и сам обучаешься платно на курсах. Есть в Москве вариант, это только в последний год сделали в пробном режиме, где можно сразу идти на какую‑то специализацию. Там частный университет, но с дипломом государственного образца. Но это пока только в Москве и в тестовом формате», — объясняет она.
Яна рассказала, что начала работать ещё будучи студенткой и довольно быстро поняла: часть преподавателей сильно отстаёт от реальной практики, а то, что происходит в клиниках, и то, чему учат на занятиях, порой представляют собой две разные реальности.
«Я проходила практику в хозяйстве. Там было тяжело именно физически, нужна была сила. Наверное, лучше, когда таким больше занимаются мужчины. Помню, как в первый раз делала инъекцию корове: раза с пятого только смогла проткнуть кожу. Это нужно было делать с большой силой, и было неловко. Но травм никаких не было. Сейчас я работаю в основном с кошками и собаками. Могу работать с экзотами — например, взять анализы у ежа и так далее, это я всё умею, но приём экзотических животных не веду», — рассказывает ветеринар.
Хотя с экзотами всё же приходилось иметь дело.
«Помню попугая, который активно “комментировал” всё происходящее и явно не стеснялся в выражениях. Это было и странно, и забавно одновременно. К нам приводили на кастрацию львёнка из зоопарка. Потом мужчина часто приходил на приём с обезьяной, всякие истории рассказывал — что обезьяна ревнует к жене и кусает её. Они очень больно кусаются, это вообще ужас. Это на самом деле очень опасно», — вспоминает Яна.
Пациенты у Яны — не только маленькие комнатные собачки, но и огромные доги. То же самое можно сказать и про хозяев.
«Догов мало, конечно, их, наверное, всего три на весь Ярославль. Но большие собаки — не проблема, их вообще много приходит. Даже с алабаями. На приёмах иногда бывает, что мужчины плачут, например, во время эвтаназии. Иногда это даже трогательнее, чем реакция женщин. Часто приходят целыми семьями, вместе с детьми», — говорит Яна.
Искренне удивляются раку
Отдельная тема — насколько мало люди знают о болезнях животных.
Яна уверена: людей нужно просвещать в вопросах ветеринарии — и гораздо активнее, чем сейчас. По её словам, большинство действительно любят животных, но почти ничего не знают о том, какие болезни у них бывают и как они протекают.
«Некоторые приходят и искренне удивляются, когда выясняется, что у животного онкология. Спрашивают: “А что, у животных тоже бывает рак?” Люди иногда задают такие наивные вопросы, что кажется, будто они вообще ничего об этом не знают», — говорит врач.
Она объясняет, что животные — такие же живые организмы, и у них «много тех же заболеваний, что и у человека: простуды, воспаление лёгких, онкология». При этом у каждого вида есть и свои специфические болезни — вирусные инфекции и патологии, о которых владельцы часто даже не слышали. Именно поэтому, считает Яна, просветительская работа с хозяевами — не роскошь, а необходимость.
«Бывало, например, находила внутри животных и нижнее бельё, и средства контрацепции. Владельцы в такие моменты, как правило, сильно смущаются», — улыбается она.
Яна признаётся, что стереотип «породистые — все больные, а дворняги как терминаторы» она слышит постоянно, но считает его слишком упрощённым.
«На самом деле всё сложнее, — говорит она. — Когда порода на пике популярности, покупать такую собаку особенно опасно. В какой‑то момент “модными” были ротвейлеры, потом хаски, потом корги, сейчас — всякие мультипу, “инстаграмные” собачки‑облачка. Когда порода становится трендом, многие заводчики просто хотят заработать и скрещивают собак как попало, не думая о здоровье».
По её словам, это касается и собак, и кошек.
«Перед тем как выбирать породу, надо про неё почитать, понять, с чем вы столкнётесь. Тот же французский бульдог — очень классный, но у него куча генетических проблем: позвоночник, дыхание. Они брахицефалы, у них укороченная, приплюснутая морда, из‑за этого они плохо дышат, храпят, иногда им в жару просто тяжело жить», — объясняет ветеринар.
Один раз подарили комплект постельного белья с корги
Работа Яны мало похожа на конвейер.
«Обычный приём у нас длится примерно полчаса, — говорит она. — Узких специалистов записывают сразу на час». По количеству пациентов день может отличаться кардинально. «Бывает восемь пациентов, а бывает и двадцать — всё очень по‑разному. Много зависит от того, выходной это или будний день. Вечером всегда больше народу: все приезжают после работы и вдруг обнаруживают, что с питомцем что‑то не так», — объясняет ветеринар.
Отдельная тема — как благодарят врача. «В основном приносят что‑то сладкое, торты, шоколадки, — улыбается Яна. — Один раз подарили комплект постельного белья с корги. Иногда дарят подарки ребёнку — мягкие игрушки, вот как‑то принесли плюшевую кошку. Такие мелочи очень трогают».
Работа с животными требует особого навыка — ведь пациенты не могут рассказать, что и где у них болит. Яна признаётся, что в таких случаях она опирается не только на знания, но и на наблюдательность владельцев.
«Есть поведенческие признаки, на которые мы ориентируемся, — объясняет она. — Но ключевую роль играет внимательный владелец. Только он видит, как животное ведёт себя дома, и может заметить изменения. В клинике питомцы часто ведут себя иначе, и без этой информации картина будет неполной».
Отдельная тема — стереотипы и мифы, с которыми ветеринары сталкиваются каждый день.
«Во‑первых, миф о “работающей” гомеопатии — к сожалению, она не работает», — подчёркивает она. «Во‑вторых, миф о том, что врач назначает лечение ради заработка. В реальности врач заинтересован в результате, а не в том, чтобы “что‑то продать”». Есть и более бытовые заблуждения. «Многие уверены, что здоровое животное обязательно должно иметь влажный и холодный нос. На самом деле нос — очень ненадёжный индикатор», — поясняет специалист.
Сильнее всего Яну ранит отношение, при котором жизнь животного обесценивается.
«Когда говорят: “Зачем лечить крысу — проще купить новую”, или считают, что дворовая собака не заслуживает лечения, потому что она не породистая, — это очень расстраивает», — признаётся она.
Говоря о будущем, Яна видит себя в кардиологии. «Хочу развиваться в кардиологии, — говорит она. — Есть фраза, которая очень точно отражает суть: “Сердце моих пациентов не умеет кричать от боли — оно лишь замедляется или сбивается с ритма. И моя задача — услышать этот шёпот раньше, чем он превратится в тишину”».
Полностью «отключаться» от работы у неё пока не получается.
«Если честно, пока не очень получается, — признаётся Яна. — Часто продолжаю переживать и обсуждать сложные случаи дома — от этого, конечно, страдают все члены семьи, которым приходится всё это слушать за ужином».
Себе‑первокурснице она дала бы простой, но важный совет: «Не пытайся просто заучивать — старайся разобраться и понять», — говорит врач