Люди с этими фамилиями всегда были богатыми: неожиданное открытие - и это не просто статистика
Британские учёные из Лондонской школы экономики провели исследование, которое разрушает привычные представления о социальной мобильности. Оказалось, что фамилия человека предсказывает его материальное положение точнее, чем место рождения или образование родителей. Причём эта закономерность работает на протяжении десяти-пятнадцати поколений - то есть с XV–XVI веков.
Экономист Грегори Кларк проанализировал данные о доходах, профессиях и социальном статусе более 20 000 семей в Англии, Швеции, Китае, Японии, Индии и США. Вывод оказался неожиданным: носители редких аристократических фамилий по-прежнему зарабатывают в среднем на 30–40% больше, чем обладатели «простых» фамилий. В Англии это семьи с нормандскими фамилиями - Мандевиль, Перси, Дарси. В Швеции - носители латинизированных фамилий, которые в XVII веке брали себе только образованные и состоятельные горожане: Линдберг, Сильвер, Экман.
"Мобильность между классами в десять раз медленнее, чем нам говорила традиционная экономика. Богатство передаётся не напрямую деньгами, а через культурный капитал, связи и установки, которые встроены в семейную культуру", - объяснял Грегори Кларк в интервью The Guardian.
В России история с фамилиями не менее показательна. Фамилии, оканчивающиеся на -ов/-ев у дворян, изначально указывали на владение землёй и крепостными. Купеческие роды - Морозовы, Рябушинские, Прохоровы - сохраняли богатство в среднем через пять-шесть поколений даже после революции 1917 года: их потомки непропорционально часто встречаются среди предпринимателей 1990-х. Отдельная история - еврейские фамилии, которые в Российской империи присваивались принудительно в конце XVIII века. Семьи, получившие «дорогие» фамилии (за них буквально платили чиновникам) - Голдберг, Зильбер, Эдельман - в переводе означают «золото», «серебро», «благородный» - статистически оказались богаче тех, кому досталась фамилия попроще.
Механизм объясняется не мистикой и не генетикой богатства в буквальном смысле. Речь идёт о том, что социологи называют «накопленным культурным капиталом»: богатые семьи передают детям не только деньги, но и специфический способ мышления, навыки работы с информацией, привычку к долгосрочному планированию и - самое важное - социальные сети. Последнее работает даже спустя столетия: люди с одинаковыми редкими фамилиями неосознанно помогают друг другу, воспринимая общую фамилию как сигнал принадлежности к «своим».
В Японии исследователи отследили судьбы самурайских кланов с XIV века. Оказалось, что потомки самураев сегодня в два раза чаще занимают руководящие должности и на 25% чаще получают высшее образование, чем потомки крестьян - при том, что самурайское сословие было официально упразднено в 1873 году. Китайское исследование зафиксировало аналогичный эффект для мандаринских фамилий, носители которых в имперском Китае сдавали государственные экзамены и занимали чиновничьи должности.
Практический вывод из этих данных неожиданный: социальные лифты работают хуже, чем принято считать. Даже в самых «равных» обществах - Швеции или Дании - полное выравнивание статуса между потомками богатых и бедных семей занимает от 10 до 15 поколений, то есть 300–450 лет. России до этого показателя ещё далеко.