«Меня спас внук!»: ярославна победила рак ради близких

«Меня спас внук!»: ярославна победила рак ради близкихФото: личный архив Ларисы

Лариса Акатова из Ярославля узнала о болезни, находясь в отпуске по уходу за 6-месячным внуком

«Рыдала час в кабинете у маммолога, когда узнала...», - вспоминает Лариса о своей первой встрече с раком. Сейчас, спустя почти 2 года после выздоровления, 51-летняя ярославна может без слез говорить о том, что ей пришлось пережить за 1,5 года борьбы. Как вскрылась смертельная болезнь, что было тяжелее всего и почему получилось победить, Лариса рассказала ПроГороду.

«Рыдала час. Было страшно»

- Я нашла шишку в груди, - спокойно и обыденно говорит Лариса, она работает бухгалтером. - Я сходила, сделала УЗИ, но ничего не подтвердилось, поэтому на полгода я успокоилась. А через время нащупала у себя подмышкой лимфоузел, тогда промелькнула мысль, что эта шишка в груди не просто так. Побежала к онкологу… Сначала в частную клинику, а оттуда меня в срочном порядке направили в онкологическую больницу. Оказалось, что у меня гормонозависимый рак 3 степени. Болей при этом никаких не было. В том же 2019 году Юлия Началова умерла, и дочка моя как-то скептически к этому отнеслась, а я спросила: «А если бы это со мной случилось?». У нас у обеих в тот момент слезы на глазах навернулись.

Момент, когда врач, подбирая слова, сообщила о болезни, Лариса запомнила по сильной истерике. Длилась она около часа.

- Пришла в частную клинику, сделали УЗИ и сразу к маммологу. Вот там у меня истерика была, - делится Лариса. - Было страшно. Как и всем людям в такой ситуации, наверно. Страшно потому, что мы мало об этом знаем, и рак бывает разный. Это я сейчас уже понимаю. То есть рак груди — это не самое страшное, по сравнению с раком крови, например. Или другими какими-то видами, которые скоротечно протекают. Я тогда, наверно, час просидела у маммолога и она меня… ну не успокаивала… Она не говорила, что это рак, но сказала, что подозрение на рак… Она говорила немного другими словами, но было понятно, что это оно и есть. Час прорыдала там. Истерика была. После этого у меня уже не было таких захлебов. Были еще слезы, конечно, но уже не такие.

Тут же Лариса вспомнила еще два раза, когда эмоции взяли верх. Первый раз: когда пришлось подстричься налысо. Второй: когда врач сказал, что придется удалить грудь.

- Слезы были, когда поняла, что надо обстригать волосы, - делится ярославна. - Когда машинкой прошлись по голове, когда увидела себя лысой... Всплакнула тогда. Этого же не ждешь. Одно дело, когда осознанно девочки бреют голову, а когда ты не планировал и видишь себя лысой — это другое. И еще слезы были, когда лечение и химиотерапия прошли удачно, у меня полностью рассосалась опухоль, и тогда у меня была слабая надежда на сохранение груди, но хирург сказал, что в моем случае только удаление. Тогда тоже слезы были.

«Рассказывать было тяжело»

Дочке о положении дел Лариса рассказала сразу. Решила ничего не утаивать. Перед глазами был пример коллеги.

- У меня на работе была сотрудница, у нее тоже был рак молочной железы, и она скрывала это, - рассказывает женщина. - А там как получается… одному скажешь — он всем передаст, а потом шушукаются за спиной. Я этого не хотела. Поэтому, как только узнала, сообщила. Дочь сказала: «Прорвемся». Она у меня несколько скупой на слова человек. Всплакнули чуть-чуть. Первое время тяжело было рассказывать, потому что сразу слезы наворачивались. Сейчас я уже все психологические этапы прошла, могу спокойно об этом говорить. А тогда сразу слезы были.

Лечение у Ларисы началось в мае 2019 года, закончилось — в сентябре 2020. Сейчас она находится на гормонолечении. После выздоровления на нем надо быть примерно в течение 10 лет.

- Сначала у меня было 8 химиотерапий, потом контрольное обследование, потом удаление груди. Затем началась лучевая терапия, - восстанавливает хронологию Лариса. - При химиотерапии вводят препараты внутривенно. Вены сжигаются. Сейчас у меня, например, проблемно взять кровь из вены. Делается 4 «красные» химиотерапии, на них обычно волосы теряют. Потом контрольное обследование. Потом 4 «белые». Все химиотерапии влияют на сосуды,убивают раковые клетки, но и на весь организм влияют. Сосуды отмирают в конечностях, это больше на ноги действует, но у кого-то и на руки… Немеют пальцы ног, не чувствуешь их, боли в ногах. А лучевая — это радиация. У меня безболезненно прошло.

«С 6-месячным внуком в люльке бегала по больницам»

Лариса отметила, что лечение прошло не так тяжело, как о нем рассказывали. Держаться помогал 6-месячный внук, отпуск по уходу за которым накануне взяла женщина.

- Когда я находилась на обследовании, я была в отпуске по уходу за ребенком. У меня дочка сдавала последнюю сессию 5 курса. Она у меня училась в Костроме. А я сидела с 6-месячным внуком, - рассказывает Лариса, в то время как с того конца провода доносится голос уже 3-летнего мальчика, который требует у бабушки обратить на него внимание. - У меня началось обследование. И вот с 6-месячным внуком с люлькой я таскалась по всем больницам: на обследования, на комиссию, на протоколы. Про «красную» химию вокруг все страхи рассказывали, говорили что не встать с постели, тошнит, ничего не сделать. А у меня одна мысль была: «Как я справлюсь с внуком? Я должна была быть в норме». Мыслей о том, что не хочу жить - не было. Я думала о дочери с внуком. Тогда познакомилась с женщиной, у нее двое детей было — 1,5 и 3-х лет. Она мне тогда рассказывала: «Мне все равно было. Мне нужно было одного туда возить, другого - туда. Я ездила с ведром в машине. Еще и за рулем». Я думала, если она смогла, почему я не смогу. Единственное, о чем мы с дочерью договаривались, что в момент введения препаратов (это занимало 4-5 часов) она будет с сыном, она приезжала на этот день. Я считаю, что легко все это перенесла. Рвоты не было, были только неприятные ощущения. Кто-то культивирует эту боль, а мне некогда было, потому что у меня маленький ребенок на руках был.

Из пережитой болезни Лариса вынесла и несколько инсайтов. Женщина поделилась, что она благодарна ей за то, что научилась говорить «нет».

- Благодарна за то, что это именно рак груди, потому что с этим видом рака живут. Если выполняешь все рекомендации, все делаешь вовремя, если у тебя настрой позитивный, то, излечившись, можно жить. С таким раком не умирают мгновенно. И сейчас я чаще стала говорить «нет», когда я чего то не хочу. Не хочу общаться с людьми — легко расстаюсь. Раньше зажимала себя в этом плане. Сейчас я не буду делать то, что мне нравится, потому что это отнимает мои силы, нервы и мою жизнь.

Главную психологическую поддержку, признается ярославна, ей оказала Елена Сидоренко и фонд «Я люблю тебя жизнь». Они объединяют больных раком, помогают в самые тяжелые моменты и не оставляют человека наедине со своей бедой.

«Заедала одиночество после смерти мужа»: восемь историй полных ярославцев, решивших похудеть. Подробности в телеграм-канале «ПроГорода»

...

  • 0

Читайте также:

Популярное

Последние новости